Приветствую Вас Читатель | RSS

LAB for madrichim

Четверг, 2018-12-13, 10:40 AM
Главная » Статьи » Тематические материалы » Город, место, путешествие

Марина Цветаева "Поэма лестницы"

www.art-methods.coach, www.facebook.com/artmethods.coach, www.beit-midrash.com, www.web4small.com

Марина Цветаева
ПОЭМА ЛЕСТНИЦЫ

Короткая ласка
На лестнице тряской.
Короткая краска

Лица под замазкой.
Короткая — сказка:
Ни завтра, ни здравствуй.

Короткая схватка
На лестнице шаткой,
На лестнице падкой.

В доме, где по ночам не спят,
Каждая лестница водопад —

В ад...
— стезею листков капустных!
Точно лестница вся из спусков,
Точно больше (что — жить! жить — жечь!)
Расставаний на ней, чем встреч.

Так, до розовых уст дорваться —
Мы порой забываем: здравствуй.
Тех же уст покидая край —
Кто — когда — забывал: прощай.

Короткая шутка
На лестнице чуткой,
На лестнице гудкой.

От грешного к грешной
На лестнице спешной
Хлеб нежности днешней.

Знаешь проповедь
Тех — мест?
Кто работает,
Тот — ест.

Дорого в лавках!
Тощ — предприимчив.
Спать можно завтра,
Есть нужно нынче.

В жизненной давке —
Княжеский принцип:
Взять можно завтра,
Дать нужно нынче.

Взрывом газовым
Час. Да-с.
Кто отказывал,
Тот — даст.

Даст!
(Нынче зубаст
Газ) ибо за нас
— Даст! — (тигр он и барс),
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Ящик сорный,
Скажут, скажите: вздор.
И у черной
Лестницы есть ковер.

(Масти сборной,
Правда...) Чеснок, коты, —
И у черной
Лестницы есть Coty.

Любят сласти-то
Червяки теснот!
Это — классика:
Чердаку — чеснок.

Может, лечатся...
А по мне — так месть:
Черной лестницы
Черноту заесть.

Стихотворец, бомбист, апаш
Враг один у нас: бэль-этаж.

Короткая сшибка
На лестнице щипкой,
На лестнице сыпкой —

Как скрипка, как сопка,
Как потная стопка.
Работает — топка!

Короткая встрепка
На лестнице шлепкой,
На лестнице хлопкой.

Бьем до искр из глаз,
Бьем — в лёжь.
Что с нас взыскивать?
Бит — бьешь.

Владельца в охапку —
По лестнице каткой,
По лестнице хлипкой —

Торопится папка,
Торопится кепка,
Торопится скрипка.

— Ох, спал бы и спал бы!
Сжевала, сгноила, смолола!
Торопятся фалды,
Торопятся фалды,
Торопятся полы.

Судор`жь! Сутолочь!
Бег! Приз!
Сами ж путают:
Вверх? вниз?

Что этаж — свой кашель:
В прямой связи.
И у нашей
Лестницы есть низы,

Кто до слез, кто с корнем,
Кто так, кхи, кхи —
И у черной
Лестницы есть верхи.

— Вас бы выстукать!
— Киркой в грудь — ужо!
Гамма приступов
От подвала — до

Крыши — грохают!
Большинством заплат —
Маркса проповедь
На стравинский лад.

Короткая спевка
На лестнице плёвкой:
Низов голосовка.

Не спевка, а сплёвка:
На лестницу легких
Ни цельного — ловко!

Торопкая склёвка.
А ярости — в клохтах!
Работают — ох как!

Что ни бросите —
Всё — в ход.
Кто не досыта ест —
Жрет.

Стол — как есть домашний:
Отъел — кладут.
И у нашей
Лестницы — карта блюд.
Всех сортов диета!
Кипящий бак —
И у этой Лестницы — Франценсбад.

Сон Иакова!
В старину везло!
Гамма запахов
От подвала — до

Крыши — стряпают!
Ре-ми-фа-соль-си —
Гамма запахов!
Затыкай носы!

Точно в аду вита,
Раскалена — винта

Железная стружка.
Которая стопка
Ног — с лестницы швыркой?

Последняя сушка,
Последняя топка,
Последняя стирка.

Последняя сцепка
Двух — кости да тряпки —
Ног — с лестницей зыбкой

Последняя папка,
Последняя кепка,
Последняя скрипка.

Тихо. — Даже — кашель
Иссяк, дотряс.
И у нашей
Лестницы есть свой час

Тишины...

Последняя взбёжка
По лестнице дрожкой.
Последняя кошка.

Темнота все стерла
И грязь, и нас.
И у черной
Лестницы есть свой час

Чистоты...

Откуда — узнай-ка! —
Последняя шайка —
Рейн, рухнувший с Альп, —
Воды об асфальт

Двора...

Над двором — узорно:
Вон крест, вон гроздь...
И у черной
Лестницы — карта звезд.
________________________________________

Ночь — как бы высказать?
Ночь — вещи исповедь.
Ночь просит искренности,
Вещь хочет высказаться —

Вся! Все унижены —
Сплошь, до недвижимых
Вплоть. Приступ выспренности:
Вещь хочет выпрямиться.

Винт черной лестницы —
Мнишь — стенкой лепится?
Ночь: час молитвенностей:
Винт хочет вытянуться.

Высь — вещь падежная.
В вещь — честь заложена.
Ложь вижу выломанной
Пря — мою линиею.

Двор — горстка выбоин,
Двор — год не выгребен! —
Цветами, ягодами —
Двор бредит загородом.

Вещь, бросив вежливость:
— Есмь мел! Железо есмь!
Не быть нам выкрестами! —
Жид, пейсы выпроставший.

Гвоздь, кафель, стружка ли —
Вещь — лоно чувствует.
С ремесл пародиями —
В спор — мощь прародинная.

Сткло, с полок бережных:
— Пе — сок есмь! Вдребезги ж!
Сти — хий пощечина!
Сткло — в пыль песочную!

Прочь, ложь и ломанность!
Тю — фяк: солома есмь!
Мат — рас: есмь водоросль!
Всё, вся: природа есмь!

Час пахнет бомбою.
Be — ревка: льном была!
Огнь, в куче угольной:
— Был бог и буду им!

Что сталось с кранами?
— Пал — бог и встану им!
Чтоб сразу выговорить:
Вещь хочет выздороветь.
________________________________________

Мы, с ремеслами, мы, с заводами,
Что мы сделали с раем, отданным
Нам? Нож первый и первый лом,
Что мы сделали с первым днем?

Вещь как женщина нам поверила!
Видно, мало нам было дерева,
И железо — отвесь, отбей! —
Захотелось досок, гвоздей,

Щеп! удобоваримой мелочи!
Что мы сделали, первый сделавши
Шаг? Планету, где всё о Нем —
На предметов бездарный лом?

Мы — с ремеслами, мы — с искусствами!
Растянув на одре Прокрустовом
Вещь... Замкнулась и ждет конца
Вещь — на адском одре станка.

Слава разносилась реками,
Славу утверждал утес.
В мир — одушевленней некуда! —
Что же человек привнес?

Нужно же, чтоб он, сей видимый
Дух, болящий бог — предмет
Неодушевленный выдумал!
Лживейшую из клевет!

Вы с предметами, вы с понятьями,
Вы с железом (дешевле платины),
Вы с алмазом (знатней кремня),
(С мыловаром, нужней меня!)

Вы с «незыблемость», вы с «недвижимость»,
На ступеньку, которой — ниже нет,
В эту плесень и в эту теснь
Водворившие мысль и песнь, —

(Потому-то всегда взрываемся!)
Что вы сделали с первым равенством
Вещи — всюду, в любой среде —
Равной ровно самой себе.

Дерево, доверчивое к звуку
Наглых топоров и нудных пил,
С яблоком протягивало руку.
Человек — рубил.

Горы, обнаруживая руды
Скрытые (впоследствии «металл»),
Твердо устанавливали: чудо!
Человек — взрывал.

Просвещенная сим приемом,
Вещь на лом отвечает — ломом.
Стол всегда утверждал, что — ствол.
Стул сломался? Нет, сук подвел.

В лакированных ваших клетках
Шумы — думаете — от предков?
Просто, звезды в окно узрев,
Потянулся в пазах орех.

Просыпаешься — как от залпа!
Шкаф рассохся? Нет, нрав сказался
Вещи. Дворни домашний бал!
Газ взорвался? Нет, бес взыграл!

Ровно в срок подгниют перильца.
Нет — «нечаянно застрелился».
Огнестрельная воля бдит.
Есть — намеренно был убит

Вещью, в негодованье стойкой.
В пустоту не летит с постройки
Камень — навыки таковы:
Камень требует головы!

Месть утеса.— С лесов — месть леса!
Обстановочность этой пьесы!
Чем обставились? Дуб и штоф?
Застрахованность этих лбов!

Всё страхующих — вплоть до ситки
Жестяной. Это ты — тростник-то
Мыслящий? — Биллиардный кий!
Застрахованность от стихий!

От Гефеста — со всем, что в оном —
Дом, а яхту — от Посейдона.
Оцените и мысль, и жест:
Застрахованность от божеств!

От Гефеста? А шпиль над крышей —
От Гефеста? Берите выше!
Но и тише! От всех в одном:
От Зевеса страхуют дом.

Еще плачетесь: без подмоги!
Дурни — спрашивается — боги,
Раз над каждым — язык неймет! —
Каждым домом — богоотвод!

Бухты, яхты, гешефты, кофты —
Лишь одной но ввели страховки:
От имущества, только — сей:
Огнь, страхующий от вещей.
________________________________________

Вещи бедных. Разве рогожа —
Вещь? И вещь — эта доска?
Вещи бедных — кости да кожа,
Вовсе — мяса, только тоска.

Где их брали? Вид — издалёка,
Изглубока. Глаз не труди!
Вещи бедных — точно из бока:
Взял да вырезал из груди!

Полка? случай. Вешалка? случай.
Случай тоже — этот фантом
Кресла. Вещи? шипья да сучья, —
Весь октябрьский лес целиком!

Нищеты робкая мебель!
Вся — чего? — четверть и треть.
Вещь — давно, явно на небе!
На тебя — больно глядеть.

От тебя грешного зренья,
Как от язв, трудно отвлечь.
Венский стул — там, где о Вене —
Кто? когда? — страшная вещь!

Лучшей всех — здесь — обесчещен,
Был бы — дом? мало! — чердак
Ваш. Лишь здесь ставшая вещью —
Вещь. Вам — бровь, вставшая в знак

? — сей. На рвань нудную, вдовью —
Что? — бровь вверх (Чем не лорнет —
Бровь!) Горазд спрашивать бровью
Глаз. Подчас глаз есть — предмет.

Так подчас пуст он и сух он —
Женский глаз, дивный, большой,
Что — сравните — кажется духом —
Таз, лохань с синькой — душой.

Наравне с тазом и с ситом
— Да — царю! Да — на суде! —
Каждый, здесь званный пиитом,
Этот глаз знал на себе!

Нищеты робкая утварь!
Каждый нож лично знаком.
Ты как тварь, ждущая утра,
Чем-то — здесь, всем — за окном —

Тем, пустым, тем — на предместья —
Те — читал хронику краж?
Чистоты вещи и чести
Признак: не примут в багаж.

Оттого что слаба в пазах,
Распадается на глазах,
Оттого, что на ста возах
Но свезти...
В слезах —

Оттого что не стол, а муж,
Сын. Не шкаф, а наш
Шкаф.
Оттого что сердец и душ
Не сдают в багаж.

Вещи бедных — плоше и суше:
Плоше лыка, суше коряг.
Вещи бедных — попросту — души.
Оттого так чисто горят.
________________________________________

Ввысь, ввысь
Дым тот легкий!
Чист, чист
Лак от локтя!

Где ж шлак?
Весь — золой
Лак, лак
Локтевой!

Прям, прям
Дым окраин.
Труд — Хам,
Но не Каин.

Обшлаг —
Вдоль стола.
Наш лак
Есть смола.

Стол — гол — на вещицы.
Стол — локтем вощится,
Воск чист, локоть востр.
За — стывший пот — воск.

Им, им — ваших спален
(Вещим, но не салим!),
Им, им так белы
Полы — до поры!
________________________________________

Вещи бедных — странная пара
Слов. Сей брак — взрывом грозит!
Вещь и бедность — явная свара.
И не то спарит язык!

Пономарь — что ему слово?
Вещь и нищ. Связь? нет, разлад.
Нагота ищет покрова,
Оттого так часто горят

Чердаки — часто и споро —
Час да наш в красном плаще!
Теснота ищет — простора
(Автор сам в рачьей клешне).

Потолок, рухнув — по росту
Стал — уж горб нажил, крался.
Правота ищет помоста:
Всё сказать! Пусть хоть с костра!

А еще — место есть: нары.
Ни луча. Лучная вонь.
Бледнота ищет загару.
О всем том — помнит огонь.
________________________________________

Связь, звучанье парное:
Черная — пожарная.

У огня на жалованьи
Жизнь живет пожарами.

В вечной юбке сборчатой —
Не скреби, уборщица!

Пережиток сельскости —
Не мети, метельщица!

Красотой не пичканы,
Чем играют? Спичками.

Мать, к соседке вышедши,
Позабыла спичечный

Коробок...
— как вылизан
Пол, светлее зеркала!

Есть взамен пожизненной
Смерти — жизнь посмертная!

Грязь явственно сожжена!
Дом — красная бузина!

Честь царственно спасена!
Дом — красная купина!

Ваши рабства и ваши главенства
Погляди, погляди, как валятся!

Целый рай ведь — за миг удушьица!
Погляди, погляди, как рушатся!

Печь прочного образца!
Протопится крепостца!

Все тучки поразнесло!
Просушится бельецо!

Пепелище в ночи? Нет — займище!
Нас спасать? Да от вас спасаемся ж!

Не топчите златого пастбища!
Нас? Да разве спасают — спасшихся?

Задивившись на утро красное,
Это ясень суки выпрастывает!

Спелой рожью — последний ломтичек!
Бельевая веревка — льном цветет!..

А по лестнице — с жарко спящими —
Восходящие — нисходящие —
Радуги...
________________________________________

— Утро
Спутало перья.
Птичье? мое? невемо.
Первое утро — первою дверью
Хлопает...
Спит поэма.

Июль 1926 г.

Комментарии

Цветаева начала работать над поэмой в Париже, вскоре после переезда во Францию. Первую зиму она с семьей жила в отдаленном от центра рабочем квартале Парижа, возле зловонного канала Урк. «Квартал, где мы живет, ужасен,— точно из бульварного романа «Лондонские трущобы»,— жаловалась Цветаева.— Гнилой канал, неба не видать из-за труб, сплошная копоть и сплошной грохот (грузовые автомобили). Гулять негде — ни кустика. Есть парк, но 40 мин<ут> ходьбы, в холод нельзя. Так и гуляем — вдоль гниющего канала» («Письма к Тестовой»).
Эта убогая жизнь на фабричной окраине, а также общение с бедной семьей, живущей в одной из самых жалких парижских гостиниц, и вдохновили Цветаеву на замысел произведения о «пасынках большого города» — «Повесть о том, как живет и работает черная лестница», как первоначально называлась поэма. Вскоре, однако, она прерывает работу над поэмой, а весною 1926 г. уезжает в Вандею, где для нее наступает совершенно иная полоса жизни. Происходит эпистолярная «встреча» Цветаевой с Р.-М. Рильке, которую устраивает Б. Л. Пастернак. Весна и лето 1926 г. ознаменованы для Цветаевой ее интенсивной перепиской с Рильке и Пастернаком, носящей романтически-экзальтированный характер, а также написанием небольших поэм: «С моря», обращенной к Пастернаку (май), и «Попытка комнаты», обращенной к Пастернаку и к Рильке (начало июня). Но Цветаева не покидает замысла поэмы о «черной лестнице». 15 июня она сообщает С. Н. Андрониковой-Гальперн: «Пустилась как в плаванье в большую поэму. Неожиданность островов и подводных течений. Есть и рифы. Но есть и маяки. (Все это не метафора, а точная передача.)» О своей работе над повой поэмой она пишет Пастернаку, и тот откликается восторженно: «Как живет и работает черная лестница» — заглавие бездонное, пропасть повествовательного, таящегося обещанья, лирической полномысленности каждого сказанного слова. Громадная, легко выраженная метафора!» (Архив Бориса Пастернака).
Хотя поэма получилась в конечном итоге небольшая, ибо продолжение ее не было написано, она непроста и многопланна. Это во многом объясняется тою особенно напряженной и сложной внутренней жизнью, какою жила Цветаева летом 1926 г., когда контраст между «бытом» и «бытием» ею особенно сильно ощущался и переживался. С одной стороны — «заоблачные сферы» ее переписки с Рильке и Пастернаком; с другой — сознание полнейшей неустроенности в новой стране, зыбкости почвы под ногами, грозящей нищеты,— всеми этими тревогами полны письма Цветаевой той поры. Отсюда — смысловая неоднозначность поэмы, трудность работы над нею, когда поэт стремится «втиснуть» в предельно сжатую форму некое целостное миропонимание, философски осмыслить неизбывность бед человеческих, трагедийность существования. Социальная обличительность «Поэмы Лестницы», острое сочувствие поэта к обиженным жизнью и не менее острая ненависть к богатству, к «жиру», против которого восстают сами вещи, соседствуют с протестом против цивилизации вообще и с романтическим призывом к возврату вещей, созданных человеком, в их первозданное природное лоно. Само же понятие лестницы предстает как бы в трех образах: реальная «черная лестница» нищего дома, где происходит действие, «мечтанная» лестница в рай из библейского «сна Иакова» и, наконец, промежуточная между тем и другим — пожарная лестница. Ибо в финале поэмы бедность и зло уничтожаются в пожаре, который, с одной стороны, есть вполне «земной» пожар, возникший от неосторожной игры детей со спичками, с другой же — символический, спасительный огонь, сжигающий дотла несправедливо устроенный мир во имя иного, лучшего бытия человека — по уже не в этом мире. Так Цветаева отвечала на свою излюбленную и часто повторяемую блоковскую строку: «Разве так суждено меж людьми?»

Coty — здесь: аромат (от Коти — названия известной французской парфюмерной фирмы).
На cтравинский лад — то есть резкими, диссонирующими звуками, какими, по мнению Цветаевой, отличалась музыка русского композитора И. Ф. Стравинского (1882— 1971).
Франценсбад — в прошлом знаменитый курорт в Австрии (ныне — Франтишкове Лазии в Чехословакии).
Сон Иакова— По библейскому преданию, Иакову приснилась во сне лестница, один конец которой упирался в землю, другой — в небо; по ней спускались и поднимались ангелы; в это время бог возвестил Иакову, что потомство его будет бесчисленно, а жизнь — сохранна и благословенна.
Тростник... мыслящий — слова французского философа Блеза Паскаля (1623— 1662) из его известного изречения: «Человек всего лишь слабый тростник... по тростник мыслящий».
(комментарии Анны Саакянц)
(источник — М. Цветаева "Сочинения" в 2 тт.,
М., "Худ. лит.", 1984 г.)

Категория: Город, место, путешествие | Добавил: yu (2006-06-22)
Просмотров: 608