Приветствую Вас Читатель | RSS

LAB for madrichim

Четверг, 2018-12-13, 10:39 AM
Главная » Статьи » Тематические материалы » Еврейский текст и закон

Сказки Элиши

www.art-methods.coach, www.facebook.com/artmethods.coach, www.beit-midrash.com, www.web4small.com

Сказки Элиши

История о Давиде, царевне Мелхоле и волшебном перстне, придуманная Элишой, когда он гулял по долине Гееном

В стародавние дни, когда правил в Иерусалиме царь Шаул, была у него дочь красавица, и звали её Мелхола. И был в городе колодец, которому не было дна, потому что пробил его пролетая Эвен га-Штия, и уходил он в самую бездну, ниже которой не бывает ничего вовсе.
И вот однажды пошла Мелхола мимо колодца, и захотелось ей заглянуть в него, и прекрасное лицо её отразилось в колодце. И когда она туда наклонилась, сорвался с её тонкой руки волшебный перстень, и упал в колодец. Страшно расстроилась царевна и убежала домой рассказать отцу.
И шёл тем временем подле колодца пастушок по имени Давид. Заглянул он в колодец, и увидел там отражение царевны, и было оно столь прекрасно, что он немедленно полюбил её всей душой и всем сердцем. Опустил он в колодец ведро, чтобы зачерпнуть воды – и, о чудо, перстень, который всё ещё летел и никак не мог достичь дна колодца, попал к нему в ведро, и вынул его Давид и надел к себе на палец.
И пошёл он в лес, где охотился царь, и сел на развилке дорог, и стал играть на своей пастушеской флейте. И вышло так, что царь и спутники его заблудились в лесу и выехали к этой развилке. И среди них была и царевна Мелхола, дочь царя Шауля, которая ехала впереди, переодетая в царя, а царь ехал рядом, переодевшись простым придворным. Увидела царевна юношу, сидевшего на развилке, и полюбила его. И спросила у него: Которая близкая дорога в город? Отвечал Давид и сказал: "Вот путь твой перед тобой, ки таамину ки тасмеилу, то есть – что налево, что направо". И поскакали все по левой дорожке.
И была у перстня такая власть, что мог его обладатель по своей воле сводить или разводить дороги, и сделал Давид так, что сошлись правая и левая дорога, так что царь и его спутники проехали по кругу и вернулись к тому перекрёстку. Спросили у него: "Разве ты не сказал нам, что эта дорога в город?" Ответил: "И ты ещё называешься царём над Израилем? Сказал я тебе: ки таамину ки тасмеилу, что значит – налево и есть направо. Ты поехал налево и попал направо!"
Спросил его царь: Что хочешь ты в награду за то, что выведешь нас из этой разложки? Сказал Давил: Хочу дочь твою в жёны.
Возгорелся гнев царя, но сдержался. И сказал он Давиду: Тогда выполни сперва три моих задания. И первое задание было чтобы построил Давид башню, которой нет равных по высоте во всей земле.
Пошёл Давид к колодцу, которому нет дна, выложил его камнем – и силой своего перстня вывернул наизнанку. Башня эта и до сих пор называется башней Давида.
А второе задание было про Гееном, что в Иерусалиме, который был такая пропасть, что никто не мог построить через неё мост, потому что она сама его сбрасывала. Поэтому сказал царь Шауль, желая погубить юношу: Если ты придёшь ко мне во дворец по мосту через Гееном, так и быть, будет дочь моя женой тебе. Пошёл Давид, и натянул верёвку от одного края пропасти Гееном до другого, и закрепил её к двум деревьям. И был он так ловок, что смог пройти через пропасть по этой верёвке; пропасть же не могла сбросить верёвку, потому как она не была мостом, лежащим на её краях.
Тогда сказал Шауль Давиду: Уронила дочь моя волшебный перстень в колодец, нет которому дна. Достанешь перстень – будет она твоей женой. Тогда снял Давид с пальца кольцо, которое попало к нему из колодца, и все признали, что это тот перстень, и нет ему равных в мире. Так понял царь Шауль, что от суженного не уйдёшь, и обвенчал его с дочерью своей Мелхолой, и жили они долго и счастливо, и стал Давид царём над Израилем.
А то место, где две дороги сходятся, называется оно Разложка и есть до сих пор, и про это рассказано в другом месте

История о Соломоне и картонном городе, рассказанная Элишой для Тали на улице Бен Йегуда

Был у Давида сын именем Соломон, и дал ему Творец с детства великую мудрость. И было в Иерусалиме место, где лежал Эвен га-Штия, и ничего нельзя было на нём построить, потому что всякое здание, поставленное на этом месте, немедленно падало, словно бы было сделано из картона или бумаги, будь то царская сукка или любая постройка. Пошёл Соломон мальчиком, и поставил там здание из картона, и оно не упало – ведь если настоящее здание там падало как картонное, понятно, что картонное здание стояло как настоящее.
И правил Соломон над Израилем, и посвятил Творцу здание, стоявшее на краеугольном камне, и его называли Святая Святых. А в Танахе в книге Царей описано, что был там также колодец, называемый медным морем, которому не было дна, потому что уходил он в ту бездну, в которую упал первый камень, а ниже неё ничего нет.

История о Соломоне и царице Савской, которую Элиша и Тали придумывали вместе

Царь Соломон был очень мудрым и понимал язык всех зверей и птиц, и все они были ему подвластны. Однажды увидел царь Соломон пчелу, которая завязла в банке в вареньем, взял ложку и помог ей выбраться.
- Спасибо тебе, царь Соломон, - сказала пчёлка, - быть может, и я тебе когда-нибудь помогу.
Царь Соломон только посмеялся: это какая-то пчела поможет ему, царю Соломону!
И вот, много лет спустя, приехала к Соломону царица Савская, которая была красивее всех женщин на земле, с бесчисленной свитой и всевозможным богатством. Сказала она ему:
- Вот, я слышала, будто ты столь мудр, что нет никого мудрее тебя, и решила проверить это.
И загадывала ему царица Савская множество загадок, чтобы проверить, так ли он мудр, как про него говорят. А одна загадка оказалась совсем сложной: поставили перед ним множество цветов редкостной красоты, и часть из них была настоящими, а часть искусственными, да так хорошо сделанными, что ни на глаз, ни даже на запах нельзя было их отличить. Смутился царь Соломон и не знал, что делать и как ему быть. Но тут прилетел рой пчёл во главе с нашей пчёлкой; и сели они на цветы - на одни садились, а на другие нет. Так Соломон сумел различить цветы.
И показывал ей царь Соломон Храм, который он построил в Иерусалиме. Было там медное море длинной в четыреста локтей, были там изваяния чудовищ, которые охраняли вход в Святая Святых, и если кто-то хотел туда войти, ударяли его своими крыльями, многометровые колонны из ливанского кедра, кресла из слоновой кости, светильник из яйца птицы Зиз и множество вещей, которым не было подобных во всём мире.
Показал он ей даже краеугольный камень Эвен-Штия, на котором держится мир. А Эвен-Штия был посередине Храма, и Храм был на нём построен; а до того времени никакое здание не могло удержаться на нём и немедленно рушилось - такой это особенный камень.
И когда она была совсем изумлена, рассказал ей историю о том, как при строительстве Храма он чуть было не лишился всего, что имел, из-за своей гордыни.

История о гордыне Соломона, Ашмедае и о том, как Соломон возвратился на своё царство, которую Элиша придумал на скучной лекции

Был царь Соломон умнее всех людей на земле, бывших и небывших, будущих и небудущих, и сидел он день и ночь и искал познать тайну Б-жьей Премудрости. И вот сидел он однажды, и увидел в окно, как сидит у реки мальчик, и ракушкой черпает из неё воду. Спустился Соломон и сказал: Дурачина, уж не думаешь ли ты перечерпать Иордан ракушкой?
Ответил пацан: А не так ли ты думаешь словами исчерпать тайну Премудрости?
И устыдился Соломон и пал на лицо своё.
В другом месте (Мидраш Тегиллим) рассказывается также, что по гордыне своей вступил Соломон в состязание с демоном Ашмедаем, и тот одолел его и закинул за тридевять земель, а сам принял его облик и занял трон его, так что никто об этом не догадывался.
И были у Ашмедая ноги как у птицы, и потому он всегда скрывал их, чтобы никто не догадался о чём-либо. Но случилось так, что один юноша, который чинил в городе Иерусалиме все сапоги, однажды увидел эти ноги. Разгневался Ашмедай, и хотел убить его, но по молодости смилостивился над ним, взяв страшную клятву, что тот никому не проболтается.
Так ходил юноша-сапожник, и очень хотелось ему проболтаться. И был в Иерусалиме колодец без дна, который остался от пролетания Эвен га-Штии, и проходил мимо него юноша – и не выдержал, наклонился к колодцу и прошептал в него: У царя ноги как у птицы.
А у колодца вырос тростник, и шёл мимо пастушок, и сделал из него себе флейту. И чтобы он не играл на ней, она твердила одно и то же: У царя ноги как у птицы. И прошёл о том слух по всей земле Израиля, и разоблачили Ашмедая, а Соломона вернули на престол, как написано в другом месте.

История о царе Иошии и обретении Торы, рассказанная Элишой для Авигаиль, когда Авигаиль готовилась к уроку по истории

В книге Царей всякий, кому не лень, может прочесть. Жил был в Иерусалиме царь Иошия и был он царём над Иудеей. Храм в те дни всё ещё стоял на своём месте, но много вышло всякой путаницы и многие вещи забылись. Даже об Эвен Штия мало кто помнил, и так лежал он себе посреди Храма и тосковал ещё больше чем прежде, лишь только по утрам, когда его достигал зелёный луч утренней звезды, воспоминания потоком захлёстывали его каменную душу и он видел как наяву лабиринты и сияния, небесные чертоги и земные царства. А так как на нём, согласно обещанию, была записана вся Тора, то тогда буквы Торы, написанные на нём, понемногу проступали и начинали светиться. А люди ходили мимо и совершенно о нём не помнили и не видели никаких букв.
Однажды царь Иошия решил провести в Храме ремонтные работы, собрал бригаду рабочих и велел им всё помыть, заменить устаревшие детали и навести всяческий лоск и порядок. И вот с утра пораньше подрядчик проекта по имени Шафан, пришёл в Храм и стал протирать тряпочкой этот камень. И тогда на камне вдруг стали проявляться буквы!
Шафан поразился и побежал к царю, говоря: Тору нашёл я в Доме Господнем!
И когда прочёл царь Иошия Тору на камне, разорвал он свои одежды, и прослезился, говоря: Велик наш грех перед Вс-вышним, Б-гом Израилевым!
И собрал весь народ, и читал им Тору, и потому сказано о нём в книге Царей, что делал он угодное в очах Г-да.
А к камню приставил он специального смотрителя, и повелел каждый месяц протирать его специальной тряпочкой, чтобы больше не забылась Тора у Израиля.

История о римском кесаре, рабби Акиве и складном городе, придуманная Элишой, когда они с Серёжей строили трамвай

Когда пришли римляне и разрушили Храм, хотели они построить на Храмовой горе свою крепость – и не могли, потому что каждое здание, которое они возводили, немедленно падало, как картонное. Таково уж свойство краеугольного камня.
Пришёл римский кесарь, посмотрел на это дело, и повелел убрать оттуда камень. Пришли рабочие с ломами и кирками, но как не пытались его выкорчевать, не получалось у них. То кирка пополам сломается, то лом спружинит и по ноге кому-нибудь стукнет. А рабби Акива ходил, смотрел на это – и начинал сразу и плакать и смеяться.
Рассказано в другом месте (в Талмуде), что спросили его, отчего он плачет. Сказал рабби Акива: Я плачу, потому что город мой разрушен и святилище народа моего лежит в развалинах. Спросили его, отчего он смеётся; ответил рабби Акива: Как вижу пророчество о разрушении Иерусалима исполненным, так увижу исполненным и пророчество о его восстановлении. И не было среди мудрецов народа Израиля знатока Торы равного рабби Акиве, потому что он учил Тору так, как она записана на Эвен Штия. Приходил он к камню рано утром, протирал его так, как было это завещано во времена Храма, разворачивал принесённый с собой складной домик из картона – и там молился и учил Тору, и даже лисы вылезали из своих нор послушать его. А потом собирал обратно свой картонный домик и уходил домой.
Узнал об этом римский кесарь, и очень разгневался, и издал указ, чтобы всех, кто носит с собой картонные домики немедленно арестовывать и домики эти сжигать. Ходили римские легионеры по квартирам, и отнимали у всех картонные домики, а владельцев их арестовывали.
Узнал об этом рабби Акива, пошёл он к Эвен Штие, поставил свой домик, и стал молиться. И случилось так, что домик его оставался последним в Израиле, и по молитве рабби Акивы был он забран на небо, и спустится оттуда только во дни Машиаха, да приблизятся они скорее.
А место где стоял Иерусалим так и осталось заброшенным, так как не могли ничего там построить. И о камне все также забыли, и некому было его протирать, ведь был забыт и способ, которым его протирали во дни Храма. А Тора передавалась от Учителей к ученикам изустно, как передали её рабби Акива и рабби Ишмаэль.

История про рабби Акиву и лис, которая и без Элиши была хорошо всем знакома

… А нижний город также называют Сионом, по горе, на которой его основал царь Давид. Когда пришли римляне, и разрушили его, гулял рабби Акива, - тот самый, который подарил своей жене золотой Иерусалим - по развалинам Храма. Увидел, что весь Сион изрыт лисами – и стал он смеяться и плакать.
Спросили у него: Что ты плачешь, мы понимаем – но отчего ты смеёшься?
Ответил рабби Акива: Плачу я, видя дом Царя Царей в запустении; но как сейчас изрыт Сион лисами – тем вернее знаю, что будет он восстановлен в ещё большей славе, чем прежде!..

История о цепи правосудия, придуманная Элишой, когда он работал на раскопках

Рассказывают также, что во дни Храма свисала из дырки в мирах огромная цепь, и к ней приходили судиться сыны Израиля. Кто мог дотянуться до цепи – того и признавали правым в споре, и не было случая, чтобы вышла ошибка.
Жил однажды в Иерусалиме некоторый человек, и была у него тяжба по поводу долга, оставшегося за ним (а он говорил, что ничего не должен). И когда пришли они к цепи, взял он с собой костыль, и в этом костыле положил свой долг. Когда пришёл ему черёд дотягиваться до цепи, сказал он своему кредитору: Подержи пожалуйста мой костыль! – И смог дотянуться до цепи, поскольку словно бы отдал ему долг. А так как оба дотянулись до неё, то никак нельзя было решить их спор. Так цепь правосудия оказалась обманута.
Однако цепь с того дня ушла в небо, и больше нельзя было решать по ней тяжбы, и был голос с небес, который сказал: Не на небесах Тора! – и с тех пор повелось решать все споры раввинским судом.
А потом не стало и Иерусалима.

История о Золотом Иерусалиме, придуманная Элишой, когда Грин пел песни под гитару

Это история о рабби Акиве, том самом, который смеялся на развалинах Храма. Жил был некогда в Иерусалиме богач по имени Кальба Шавуа, и была у него красавица дочь. Полюбила она простого пастуха по имени Акива, и сбежала с ним из дома. Так жили они, и нечего им было есть.
Решил Акива: Пойду я учиться, отучусь 12 лет, вернусь к тебе учёным и богатым, и подарю тебе Иерусалим из Золота!
Сказано – сделано. Отучился он 12 лет, вернулся домой. Спросила его жена: Всё ли ты выучил, что мог? - Нет, - ответил тот, и уехал, и учился ещё 12 лет. Вернулся снова, и стал он такой известный учёный, что полгорода вышло его встречать, и никто не узнал. Увидел он в толпе свою жену, спешился с мула, обнял её и поцеловал – и так все поняли, что это он. И отпраздновали они богатую свадьбу, и подарил он ей венец из золота, на котором был изображён Иерусалим.
Когда был разрушен Храм, приходили все смотреть на этот венец, чтобы не забыть, как выглядел Иерусалим прежде. А когда отстроили Иерусалим заново, был он таким светлым, что всем казалось, будто это и есть золотой город рабби Акивы…

История про рабби Нахмана, рассказанная Элишой Михелю Ван дер Аа перед отъездом Михеля

Однажды рабби Нахман, Учитель из Брацлава, собрался ехать в Святую Землю. Точнее, сказал он, что поехал в соседний город Меджибож, на могилу своего великого прадеда Бешта, которому, как известно, добраться в Святую Землю так и не удалось, а там уже принял решение, помолился и отправился в путь.
В какой город он ни приезжал, назывался новым именем. Там скажет, что он плотник, там что художник, там что из рода первосвященников иерусалимских. Зачем он так делал никто, по сути, и не знает: то ли пытался сбить со следа злые силы, жаждавшие помешать ему добраться, то ли просто освобождался от всего привычного и надоевшего. Так он в конце концов попал в Одессу, залез в трюм первого попавшегося корабля и заснул.
Корабль оказался рабби Нахману по пути он шёл в Стамбул. В Стамбуле, столице Турции, рабби Нахман и встретил субботу в гостях у известного и прославленного рабби, которого звали Зеев. Рабби Зеев хотел поразить гостя своей благочестивостью: разложил еду по тарелкам и стал читать молитву. Молился он десять минут, молился двадцать, молился полчаса а когда кончил, обнаружил, что рабби Нахман тем временем съел не только свою порцию, но и порцию самого рабби Зеева.
Турция в это время воевала с Наполеоном. Поэтому получить бумаги, с которыми рабби Нахман мог бы сесть на корабль до Святой Земли было очень трудно. Ему приходилось каждый день утром и вечером отправляться в паспортный стол и отмечаться там в очереди, которая словно бы не сокращалась, а только увеличивалась. А в промежутках рабби Нахман бегал по городу в развевающихся одеждах со стамбульскими ребятишками, играя в войну с Наполеоном.
Долго ли, коротко ли но в конце концов оказался рабби Нахман на корабле и думал уже через день-другой достичь своей цели. Не тут то было. В море разыгралась страшная буря, судно подкидывало на огромных волнах чуть ли не до облаков и носило в разные стороны, пока он вовсе не сбился с курса. И выкинуло его на неизвестный остров посреди Средиземного моря. Остров был совершенно пуст и необитаем, и там не было никого и ничего, что бы могло помочь им двинуться дальше.
- Рабби, - сказал ему его ученик, - ты же столько всего знаешь и умеешь! Сделай же что-нибудь, чтобы нам отсюда выбраться!
Рабби Нахман помотал головой. На этом острове он забыл всё-всё, что только умел или знал, и не помнил совершенно ничегошеньки.
Что же делать дальше?!
- Хорошо, - сказал рабби Нахман ошарашенному спутнику, долго подумав, - а еврейский алфавит ты знаешь? Тогда учи меня еврейскому алфавиту, и я буду за тобой повторять!
И когда дошли они до "тав", последней буквы еврейского алфавита, к рабби Нахману вернулась его сила и знание, так что они смогли снова оказаться на корабле и приплыть в Святую Землю.

История про некую принцессу и некого сказочника, рассказанная Элишой на рельсах, как и так известно из книжки.

Когда – начал Элиша – случился праздник Суккот, построил себе царь Давид сукку, красивей которой не было на земле. Пошел Давид в свою сукку – а сукка обрушилась. И воскликнул Давид: «Так и царству моему суждено пасть, чтобы быть восстановленным в последующие времена! Но об этом другая сказка.
Жили-были на одной горе сказочник, а на другой – принцесса, и дворцы их были исполнены сияния. И были они так далеко друг от друга, что расстояние это казалось непреодолимым.
И вот решили они спуститься в обычный мир. Оставили свои сияющие одежды и сошли на землю.
Что бы ни увидела принцесса на земле, все узнавала. В каждом городе – Иерусалим, в каждом льве – золотого льва МеТалика, в каждой рыбке – Левиафана. Смотри, – показывала она сказочнику, – это краеугольный камень Эвен-Штия, а это – медное море, у которого нет дна, а это – страшный Левиафан. И всё, что было ей известно из сказок, отыскалось в нижнем мире. И конечно, странно было сказочнику поверить в собственные сказки, – Элиша покосился на Авигаиль, – но ничего больше не оставалось.
Так странствовали они по земле. И так привыкли они видеть друг друга вблизи, безо всякого сияния, что думали и вовсе не возвращаться в свои волшебные замки.
А пока ходили, нашли они обломки сукки царя Давида и построили ее заново. Сели в сукке и стали смотреть на звезды.
Но сукка царя Давида снова и снова падала, а они заново собирали её. И остались они там, и жили долго и счастливо. Вот так.

Категория: Еврейский текст и закон | Добавил: Tania (2006-06-03)
Просмотров: 546