Приветствую Вас Читатель | RSS

LAB for madrichim

Четверг, 2018-12-13, 10:36 AM
Главная » Статьи » Тематические материалы » Еврейский календарь

Шмита- Свобода - Наасе ве Нишма - 4 (от М.Яглома)

בס"ד

Часть II .  Раздел II. Сказки

Нахман из Брацлава

 

1. Сказка об урожае безумия

Сказал однажды царь любимцу своему, Второму-после-царя: "Я ведь звездочет, а звезды говорят мне, что всякий, кто будет есть от урожая этого года, станет безумцем. Посоветуй же, что нам делать? Ответил тот царю: "Давай же запасем для нас вдоволь зерна прошлогоднего урожая, чтоб не пришлось нам ничего есть из нового." Сказал ему царь: "Что толку, если мы одни останемся здравомыслящими, а все прочие обезумеют? Ведь мы-то тогда и будем сумашедшими! Нам несомненно тоже придется есть от этого урожая. Но вот что зделаем: пометим знаками наши лбы, чтоб хотя бы  знать, что мы безумны. И когда я взгляну на твой лоб, а ты взглянешь на мой, по знакам эти мы распознаем собственное безумие.

 

2. Сказка о святильнике из одних недостатков

"Сын покинул отца своего и провел долгие годы в других странах среди чужеземцев. Пришло время, он вернулся к отцу и, похвалившись, что изучил на чужбине великое искусство изготовления подвесного светильника, велел собрать вместе всех владеющих этим искусством, чтобы показать свое мастерство.

Отец так и сделал: собрал всех владеющих этим искусством, чтобы те увидели, сколь многого достиг его сын за годы, проведенные на чужбине.

Сын представил изготовленный им светильник, и все без исключения нашли его безобразным до крайности. Отец стал расспрашивать мастеров, умоляя их открыть ему всю правду, и те вынуждены были объявить ему, что светильник крайне безобразен. А сын все похвалялся: "Ну как, убедились в моем необычайном мастерстве?" И признался сыну отец, что светильник никому не понравился.

Сказал тогда сын:

"Пожалуй, в этом и проявилось мое величие. Я каждому показал его несовершенство. Ведь в моем светильнике наличествуют недостатки каждого из присутствовавших здесь мастеров. У одного безобразны одни детали светильника, зато великолепны остальные, а у другого – наоборот. А сверх того бывает, что деталь, которая вышла у одного мастера безобразной, представляется прекрасной его сотоварищу – как раз эта безобразная деталь! И так это у всех: то, что кому-то не нравится, нравится его сотоварищу, и наоборот.

Я сработал этот светильник, воплотив в нем одни только недостатки. И сделал я это для того, чтобы всем показать, что не дано им совершенство. У каждого свой изъян: ведь то, что кажется превосходным одному, в глазах другого неполноценно. Но поистине я способен сделать все, как полагается!"

Познав, что для данной вещи является изъяном и несуразностью, познаешь сущность вещи, даже если и в глаза ее не видел..."

 

3. Сказка о госте и хозяине

"Гость вошел в дом и спросил хозяина: "Чем ты зарабатываешь?" Ответил тот: "Нет у меня в доме постоянного пропитания, только от мира кормление мое". Спросил (гость): "Что ты изучаешь?" И тот ответил ему, и началась беседа, и слова шли прямо от сердца. Хозяин дома поведал о том, что он томим страстным желанием познать, как продвигаются и достигают хоть какого-то уровня святости. Сказал ему гость: "Я буду учить (это) с тобой". Удивился хозяин дома и подумал было: "Человек ли он вообще?" – но, снова взглянув на него, увидел, что тот говорит с ним, как принято у людей, и немедленно в нем окрепла готовность довериться ему, и он сразу же стал величать его "рабби", и обратился к нему: "Прежде всего, мне хотелось бы узнать у вас, как вести себя с вашей честью. Нет нужды говорить, что я не способен действительно нанести вашей чести ущерб – упаси Бог! – но тем не менее трудно человеку всего остеречься, как это подобает. Потому и хочу я, чтобы вы научили меня, как вести себя с вашей честью". И тот ответил: "Нет у меня сейчас свободного времени, я приду к тебе в другой раз и научу тебя этому. Теперь же я должен уйти отсюда". И сказал (хозяин): "И этому тоже должен я у вас научиться – как далеко я должен проводить вас?" И сказал (гость): "За ворота". И стал (хозяин) размышлять: "Как выйду я с ним? Сейчас-то мы среди людей, а если выйду наедине с ним, кто знает, кем он окажется?" И спросил (его гость, отчего он замешкался). Сказал ему: "Страшно выйти мне с вами". И тот ответил: "Раз я способен на такое – научить тебя, то ведь, если пожелаю сделать с тобой что-то в сей миг, кто воспрепятствует мне?"

И вышел с ним за ворота, а (тот) схватил его и взлетел с ним, и ему стало холодно, и (тот) взял облачение и дал ему. И сказал: "Возьми это облачение, и будет хорошо тебе, и будет у тебя пища и питье, и всякое благо, и будешь обитать в доме своем", – и полетел с ним. Между тем взглянул, и вот он в доме своем. И сам себе не поверил, что он дома, но поглядел, и вот он разговаривает с людьми, и ест, и пьет, как принято в этом мире.

Огляделся снова, и вот он летит, как вначале. Взглянул вновь – и опять он дома. Снова взглянул – и вот он летит. И так повторялось много раз.

Потом опустил его в долину, между двух гор. И там нашел книгу, и в ней были сочетания букв: алеф хет заин далет и т.д.. И в книге были изображены сосуды, а в сосудах - буквы. И были внутри этих сосудов также буквы самих этих сосудов, посредством которых можно создавать сосуды. И им овладело страстное желание изучить эту книгу.

Взглянул – и вот он дома. Посмотрел снова – и опять он там. И вздумалось ему подняться в гору: быть может, найдет там какое-то селение. И когда подошел к горе, увидел, что стоит там золотое дерево с золотыми ветвями, а на ветвях висят драгоценные сосуды – как те, что изображены в книге. А внутри сосудов были сосуды, посредством которых создают эти сосуды. И захотелось ему взять их оттуда эти, но не смог, потому что они запутались в извивающихся ветвях. Осмотрелся – и вот он дома.

И было совершенно непостижимо для него: что это такое, что он (оказывается) то здесь, то там? И он хотел рассказать об этом людям. Но как расскажешь людям о таком чуде, которое никто не в состоянии постичь?

Взглянул он в окно и увидел того гостя. И стал упрашивать его, чтобы зашел к нему. И тот сказал: "Недосуг мне, потому что я иду к тебе". Сказал ему (хозяин дома): "Это само по себе поразительно для меня: ведь я здесь, и как это вы идете ко мне?!"

Ответил ему: "В тот час, когда, желая угодить мне, ты собирался пойти проводить меня за ворота, тогда была взята мною у тебя высшую душу (нэшама) а дал я тебе облачение из нижнего Райского сада. Дух же (руах) и низшая душа (нефеш) остались у тебя. И поэтому, когда ты говоришь и мысль твоя устремляется туда, – ты там и привлекаешь к себе оттуда свет. А когда ты возвращаешься сюда – ты здесь".

Я так и не знаю – из какого он мира? Из мира благого, несомненно. И по сию пору это не закончилось и не завершилось...

 

4. Сказка о хлебе

То, о чем он рассказывал, когда еще жил в Златополье, но я не слышал [этой истории] от него самого, а только в пересказе реб Юдла.

 

Есть один юнец, чей дед был великим праведником, да и сам он был не таким уж простецом. Как-то явился ему во сне дед и посоветовал особо вдумываться в те кушанья, которые он будет сегодня есть. А ему уже было ясно, что все сны эти истинны, ведь уже не раз являлся ему во сне дед, и все было взаправду. Только не понял, что значит «вдумываться в кушанья», ведь понятно, что и раньше он ел с каванот ахила[5].

Он отправился в микву, а затем произнес несколько псалмов с огромным сосредоточением, и помолился с великим усердием, прося Пресвятого, благословен Он, дать ему понять, что значит: «вдумываться в кушанья». А после молитвы он столь сокрушался тем, что не понимает этого, что прилег на кровать и позволил себе уснуть. Снова явился к нему во сне дед, и сказал: «Ты сокрушаешься о том, что такое «вдумчивость»?  Скажу тебе, что сегодня тебе хотят даровать Тору, Тора же дарована лишь тем, кто вкушает манн[6], потому хотят накормить тебя манном.

Пробудившись, взволновался он от того, что дело это весьма прекрасно и удивительно, и страстно возжелал постичь его: манн и сам по себе великая вещь, а уж тем более, если посредством него будет получена Тора. Раз так, то уж конечно должен он вдумываться в это, а он так и не знает, что такое «вдумчивость», и сокрушался все больше.  Но вспомнил, что сказано в мидраше к стиху: «Он смирял тебя, испытывал голодом и кормил тебя манном» (Дварим 8:3), что перед тем, как отведать манна, евреи постились целый день, чтобы растворилась та пища, что оставалась еще в их утробах.

Задумался он: «Что же делать, ведь я-то вчера не постился?», и решил не щадя себя принять зелье, столь хотелось ему того, о чем поведал дед.  Принял крепчайшее зелье и опрастывался раз за разом, пока то, что вышло, не осталось таким же, как вошло. А затем стал сокрушаться и о той «усвоенной крови», что осталась  от прежних кушаний,  а ведь когда постятся, растворяется и «усвоенная кровь», но был уже изнурен тем зельем, которое принял раньше. 

Прилег он в изнеможении на кровать – ни спя, ни бодрствуя – и снова явился ему дед – то ли во сне, то ли наяву – и сказал: «Не сокрушайся об «усвоенной крови», пойдем со мной, и я отведу тебя к Пылающему Потоку, где ты сможешь освободиться от всего, и от «усвоенной крови» тоже». Пошел тот с ним, и по пути увидал много дивных и удивительных чудес, а когда подошел к Пылающему Потоку и погрузился в него, то показалось ему, что не осталось от тела ничего, но затем окунулся и вышел с миром. А выйдя, увидел новый мир и пробудился, подобно человеку, которому сниться нечто замечательное, и он мысленно сосредотачивается на этом, при пробуждении кажется, что он действительно обладает тем, что ему приснилось.

 Так и ему, по пробуждению показалось, что мир полностью обновился, стол уже накрыт, а на нем лежит хлеб. Пошел он, омыл руки, благословил «Заповедовавшего омывать руки», утер руки, но, вернувшись к столу, увидал, что нет там никакого хлеба, а лишь чаша с буквами, перемешанными безо всякого порядка. Испугался он, что произнес благословение впустую, но тут наяву явился ему дед, и сказал: «Не пугайся, благослови «Извлекающего хлеб из земли», ибо то, что лежит пред тобой, и надлежит благословить»; тогда он благословил и отведал хлеба, и ел, покуда видел буквы.

Даже рассыпавшиеся крошки он подобрал и съел, потому что и они состояли из букв, а когда подъел все, до последней крошки, раскрыл рот, и выпорхнули оттуда буквы, собранные в сочетания: «Я – Господь Бог твой, который вывел тебя…», «Да не будет у тебя других богов…», и так – все Десять заповедей, и узрел он в этом всю Тору, все поколения и наставников их, все поколения и руководителей их, и также то, чему подготовленный ученик должен научить своего учителя[7].

 

Спросили его [учителя]: «А этот человек, он близко или далеко»? А тот ответил: «Если вы станете пытать и доискиваться, я стану все отрицать». А затем добавил: «Есть один, которых двое, и есть двое, которые один, и когда он здесь, он также и там». И заповедал повторять эту историю, «потому, что она понадобится “тем, кто здесь с нами стоит сегодня, и тем, кого нет здесь с нами сегодня” (Дварим 29:14), и вы еще увидите, что из этой истории выйдет». А еще наказал не рассказывать эту историю посторонним, «а если расскажите, то я все равно буду вас любить, но любовь эта будет вроде радости Хайкеля[8]». И еще сказал, что все слушатели в ответе за то, чтобы не рассказывать эту историю посторонним.

 

5. Сказка о разъяснениях Торы

То, что он рассказал в начале лета 5564 (1804) года. Сказал он так:

Расскажу вам, что видел, а вы расскажете сыновьям своим.

Некто возлежал на земле, а подле него сидели кругом. А вокруг того круга – еще круг. А вокруг этого круга – еще круг, и так – еще несколько кругов. А вокруг них сидели еще люди, безо всякого порядка.

И тот, кто сидел посредине, (на ложе, склонившись на бок), – шевелил губами. И все, кто сидел вокруг, шевелили губами вслед за ним. А потом я увидел, что не стало его, (сидевшего в центре). И все сидевшие вокруг него перестали шевелить губами. И я спросил: "Что это?" И ответили мне, что он замерз и умер, и перестал говорить, и они (также) перестали говорить.

А затем все побежали, и я побежал за ними. И увидел два дворца прямо перед собой – здания необычайной красоты, а в них обитают два властителя. И те добежали туда, до этих властителей, и начали упрекать их: "Зачем вы ввели нас в заблуждение?" – и хотели убить их. И бежали властители вовне, я же увидел их, и их естество было исполнено для меня необыкновенной прелести. Я побежал за ними и издалека увидел прекрасный шатер. Из него кричали властителям: "Вернитесь назад, потребуйте все заслуги, которыми вы обладаете и возьмите их в руки свои! Идите к свече, что висит там, и тогда соделаете все, что пожелаете". Они вернулись назад и обрели свои заслуги – а были там целые свитки заслуг – и побежали к свече. Я же побежал за ними и узрел (горящую) свечу, висящую в воздухе. Подошли властители, швырнули заслуги в свечу и искры от свечи попали во рты их.

Переменилась свеча и обернулась рекою. И пили из нее все, и внутри у них возникли живые создания. А когда начали говорить, эти создания вышли из них и я увидел, как те уносились и возвращались – не разновидность человека или животного, но (просто) создания.

Потом посоветовались (и решили) вернуться на место. Но сказали: "Как сможем мы вернуться на место наше?" Ответил один: "Отправим (посланника) к там стоящему, простирающему меч с небес до земли". И сказали: "Кого пошлем?" Посоветовавшись же,  решили послать (эти) создания. И отправились туда создания. А я побежал за ними и увидел того, ужасающего, что стоит от неба до земли с мечом в руках, простертым с небес до земли. А меч этот – многоострый: одно лезвие – для смерти, одно лезвие – для разорения, одно лезвие – для изнурения, и еще лезвия – для прочих кар. И стали упрашивать: мол, долгое время ты причинял нам страдания, отныне будь же нам в помощь и приведи нас на место наше. (И ответил: "Я не могу вам помочь".) И просили: "Дай нам лезвие для смерти, и мы убьем их". Но он не желал. И просили другое лезвие, но он не пожелал дать им ни одно из лезвий. И возвратились (они).

Между тем пришло повеление казнить властителей, и им отсекли головы.

Тогда вернулась история к началу и некто возлежал на земле, как прежде, а подле него сидели кругами и т.д., и побежали к властителям и т.д. – все, как сказано выше.

Только теперь я увидел, что властители не швырнули заслуги в свечу, но взяли заслуги, подошли к свече и в сокрушении сердца возносили пред свечей молитвы и попали от нее искры во рты их... И снова возносили молитвы, и обернулась свеча рекою... и возникли создания, как и прежде.

И мне сказали, что эти (властители) останутся в живых, тогда как первые обречены смерти за то, что швырнули заслуги  в свечу и не возносили молитвы, как эти.

Я же не понял этого, и мне сказали: "Иди в ту комнату и тебе разъяснят (все) это". Пошел я туда, а там сидел один старик. Я спросил его об этом, а он взялся рукой за бороду и сказал мне: "Вот моя борода – она и есть разъяснение той истории". И я снова сказал: "Все еще не понятно". И он ответил мне: "Иди в ту комнату, там и найдешь разъяснение". Я пошел и увидел зал, бесконечно широкий и длинный, весь заполненный писаниями, и на каком бы месте я их ни открывал – находил там разъяснение той истории.

(Рабби Натан добавляет:) Все это слышал я из его святых уст. И сказал он, что во всех поучениях, которые он когда-либо произносил, есть намеки на эту историю. А поучение, начинающееся словами  Тиша тикуним ("Девять исправлений") из Ликутей Могаран, 20  – целиком разъяснение этой истории».

 

 

 

 

[1] Всего семь слов.

[2] Каббалистический термин, обозначающий духовную сущность высшего порядка. Буквальный перевод – "череп".

[3] "Цари, которые умерли" – в лурианской каббале разбиение сосудов семи нижних сфирот. Образ является символически переосмысленным фрагментом из Берешит, 36: 31-39: "И вот цари, царствовавшие в земле Эдома прежде царствования царя у сынов Израилевых: И царствовал в Эдоме Бела, сын Беора, а имя городу его Динава. И умер Бела, и воцарился вместо него Йовав, сын Зераха, из Боцры. И умер Йовав, и воцарился вместо него Хушам из земли Тейманейцев. И умер Хушам, и воцарился вместо него Адад, сын Бедада, который поразил Мидьянитян на поле Моава; имя же городу его Авит. И умер Адад, и воцарился вместо него Самла из Масрейки. И умер Самла, и воцарился вместо него Шауль из Реховота Наречного. И умер Шауль, и воцарился вместо него Бааль-Ханан, сын Ахбора. И умер Бааль-Ханан, сын Ахбора, и воцарился вместо него Адар, имя же города его Пау; а имя жены его Меетавел, дочь Матреды, дочери Мей-Загава"

[4] См: Бамидбар, 5:11-15: "И Господь сказал Моше, говоря: Говори сынам Израэля, и скажи им: каждый человек, жена которого совратится и нарушит верность ему, И ляжет кто с нею с излиянием семени, и скроется это от глаз мужа ее; и она тайком осквернилась, и свидетеля против нее нет, и не была она захвачена; И найдет на него дух ревности, и будет он ревновать жену свою, а она осквернилась; или же найдет на него дух ревности, и будет он ревновать жену свою, а она не осквернилась, то пусть приведет муж жену свою к священнику и принесет в жертву за нее десятую часть эйфы ячменной муки, (но) не возливает на нее елея и не кладет на нее левоны, ибо это дар ревности, дар памяти, напоминающий о вине.  

[5] каванот ахила (букв. «каббалистические интенции при еде») –  важная составляющая медитативной практики лурианской каббалы

[6] Ср. Мехилта, Вайиса, гл. 20: «Рабби Шимон бен Йохай сказал: Лишь тем дарована Тора в рассуждение, кто вкушает манн. Что это значит? – сидит и рассуждает, не зная, что будет есть и пить, во что оденется и чем прикроется».

[7] Ср. Тана де-вей Элиягу зута, гл. 6: «Когда взошел Моше на гору Синай [после Золотого Тельца и разбиения первых Скрижалей], то обратился к Господу со словами: «И ныне, если обрел я милость в глазах Твоих, научи меня путям Твоим». Тотчас понял Пресвятой, благословен Он, о чем просит Моше, и показал ему все поколения и мудрецов их, все поколения и владетелей их, все поколения и наставников их, указал ему свойства, которыми управляется этот мир, и свойства, которыми управляется Мир грядущий».

[8] Хакель – р. Хаим Хазан, один из учеников рабби Нахмана, о котором он говорил, что тот не умеет по настоящему радоваться.

Категория: Еврейский календарь | Добавил: natashkav (2008-06-14)
Просмотров: 483